Стоимость как информационная категория.
Обнаружение субстрата — носителя стоимости — может быть существенным дополнительным аргументом в пользу интеграции классического и неоклассического подходов. Наиболее перспективным в этом отношении представляется развитие трудовой теории стоимости с позиций информационного подхода. Как отмечалось ранее, трудовая теория стоимости недостаточно универсальна. Попробуем расширить ее, найдя общие точки соприкосновения с неоклассической концепцией, связывающей цену в первую очередь с редкостью благ. Для этого рассмотрим вопрос: что такое труд?
Человек (как и любой иной живой объект) есть система, поглощающая из окружающей среды порядок (то есть информацию). Действительно, химический состав потребляемых человеком веществ на входе и на выходе один и тот же, разница — в изменении структуры потребленных веществ. В результате потребления структура продукта частично или полностью разрушается, следовательно, содержащаяся в нем информация уменьшается. Это касается любой формы потребления, будь то продукты питания, предметы длительного пользования или основные фонды предприятий.
В окружающей среде можно искать нужные человеку продукты, что и было основным занятием людей на стадии собирательства и охоты. Однако количество полезных продуктов, генерируемых единицей окружающей среды, ограничено ее способностью к естественному воспроизводству. Для увеличения количества полезных продуктов человек преобразует среду, то есть трудится, создавая объекты, как правило, содержащие и большее количество информации.
Труд мы определяем как овеществление идеальной модели (овеществление мышления). Мышление может рассматриваться как труд, если оно создает новые ментальные объекты с их фиксацией на каком-либо носителе как условии последующего применения для преобразования среды. Просто физические (энергетические) усилия, напротив, не являются трудом: хаотическое воздействие на окружающую среду неэффективно с точки зрения создания полезных объектов.
Из всех предметов универсума можно выделить множество полезных (ценных) предметов, включающее в себя два подмножества — природных объектов и результатов труда. Попробуем найти общее между ними. Труд как овеществление мышления есть увеличение количества информации в предметах труда, или овеществление информации.
Природные объекты тоже могут быть квалифицированы на основе информации, при этом выделяются два их аспекта — сложность и редкость. В первом случае мы вычисляем информацию, разделяя интересующий нас объект на элементарные составные части. Во втором — сам объект становится элементом более общей системы, в которой вычисляется количество информации, соответствующее его относительной редкости.
Из двух предыдущих тезисов следует, что в основу стоимости и как результата труда, и как редкости той или иной вещи объективно может быть положена информация. В рамках нашего подхода стоимость определяется как информационная мера ценности объекта. Цена — результат субъективного преломления стоимости через идеальный мир человека, в котором происходит отнесение свойств объекта к совокупности идеальных объектов. Чем точнее субъективные модели продавца и покупателя соответствуют предметной области оценивания, тем точнее цена соответствует стоимости.
Ввести квантификацию для количества информации, определяющей стоимость объекта (или степень деградации структуры потребленных объектов), достаточно просто в каждом конкретном случае и весьма сложно — в общем случае. По нашему мнению, главная сложность в том, что стоимость имеется только у объектов, обладающих полезностью. Если и структуру и редкость можно квалифицировать на основе той или иной модификации известной формулы Шеннона, то полезность есть также функция и мира идеального. Даже если не принимать во внимание флуктуации, связанные с разбросом индивидуальных вкусов и предпочтений, и рассматривать некую среднюю полезность, то и она — функция не только объективного информационного содержания объекта, но и достигнутого уровня знаний. Поэтому она исторична.
Это относится и к полезности факторов производства. Так, уран в XIX в. почти не имел применения, а в XX в. — стал стратегическим ресурсом, обладающим огромной стоимостью. Другой радиоактивный элемент — торий — имеет сопоставимую с ураном распространенность в земной коре, однако его стоимость существенно ниже, поскольку в современных промышленных атомных реакторах он не используется. Если в будущем будет разработан новый тип ядерных реакторов, работающих на тории, его стоимость станет сопоставимой со стоимостью урана. Но для заданного уровня знаний стоимость факторов производства и результатов труда — величина достаточно объективная.
Следует отметить, что принципиальное признание существования стоимости (даже при огромных трудностях операционализации этого понятия) уже выбивает почву из-под ног у субъективистов, рассуждающих, подобно Ф. Хайеку, о несоизмеримости предпочтений участников рынка. Приведем здесь аналогию с математикой, где доказательство существования решения задачи часто становится важным шагом, позволяющим далее доказывать новые теоремы.
Поясним наш подход к взаимосвязи категорий информации и стоимости аналогией с управлением автомобилем. Так, угол поворота руля для осуществления конкретного маневра можно рассчитывать на основе законов механики, конструкции рулевого управления и т.д. Но это сложно, а главное — не нужно. Проще откалибровать эту величину на основе обратной связи: когда шофер видит, что машина развернулась на нужный угол, он перестает поворачивать руль. Неиспользование при этом формул механики не означает, что автомобиль законам механики не подчиняется. Тем более отсюда не следует, что эти законы не существуют или представляют собой субъективное соглашение «заинтересованных сторон». Так же и в экономике. В общем случае вычисление информационного значения стоимости есть процедура сложная и зачастую ненужная. Прагматически важные величины цен проще получить посредством обратной связи через рынок. Из этого, однако, не следует необходимость отрицания стоимости как объективной основы наблюдаемого феномена цены.
Определение труда как овеществления мышления не противоречит энергетической теории стоимости. В соответствии с ней, за счет использования внешних потоков энергии (в конечном счете сводящихся к энергии Солнца) человек совершает работу, превышающую его мускульные возможности. Речь идет о частном случае использования ментальной модели; однако есть много видов труда, где внешняя энергия не применяется (например, сборка микросхемы). Поэтому наш подход представляется более общим, а определение труда с позиций энергетической теории стоимости — неоправданно суженным, не охватывающим всего экономического понятия «труд». По этой же причине и энергетическая концепция стоимости в целом представляется нам недостаточно удачной. Отметим в завершение темы: по данным К. Вальтуха, энергетическая теория стоимости не подтверждается конкретными расчетами.
Рассмотрев ключевые вопросы синтеза классического и неоклассического подходов в экономической теории, мы приходим к выводу: каких-либо объективных препятствий для этого нет. Встраивание категории «стоимость» в неоклассическую теорию на основе информационного подхода может дать новый импульс развитию экономической науки, открыв дополнительные возможности для исследовании ряда важных проблем, ранее мало доступных неоклассическому анализу: от теоретического представления самого процесса производства (в отличие от процесса обмена) — до сугубо практических вопросов, связанных с плавающими курсами валют, биржевыми котировками, экономической манипуляцией.